Сорокин Никита Александрович

Бунт бюджетников

Трое воспитателей, из более чем 30 человек, работающих в коррекционной школе Невского района № 627 отказались подписывать распоряжение директора школы о фактически снижении им заработной платы. Директор попыталась «вразумить» своих подчиненных, проводя служебные проверки и встречи тет-а-тет, но те не соглашались ни в какую. В итоге приказ все равно вышел.
Бунт бюджетников

Потеря в зарплате составила около 3000−3600 рублей — в зависимости от стажа, категории и уровня образования. Фактически это один месяц работы за год. Несмотря на молчаливое большинство, три смелых женщины:

4.jpg

Елена Артёмова

Елена Артемова, Надежда Греф и Евгения Калугина решили идти до конца — все равно «охота» на них уже объявлена — и подали исковое заявление в суд.

3.jpg

Евгения Калугина

Кроме того, они вступили в профсоюз, который будет помогать защищать свои права.

Сократили зарплату

В коррекционной школе № 627 учатся дети-инвалиды с нарушением опорно-двигательного аппарата и умственными нарушениями. Поэтому в классе во время урока всегда находится еще и воспитатель. Классов — около 30, в каждом — от трёх до шести учеников. Воспитатель — это педагогический работник, который помогает преподавателю и детям. Кроме того, он ведет открытые занятия, участвует в конкурсах, занимает детей по время перемен, придумывает развивающие игры, а также проводит совместно с учителями бинарные уроки или уроки-замещения учителей — все эти занятия, конечно, разработаны с учетом новых технологий и современных методик.

Зарплата педагогов и воспитателей складывается из нескольких составляющих. Базовый оклад зависит от уровня образования, стажа работы и категории работника, вторая часть зарплаты — это различные стимулирующие доплаты и коэффициенты.

Один из коэффициентов специфики работы — 0,2 — начисляется за использование в работе новых технологий. Именно его и решила отменить для воспитателей директор школы Анна Кочетова.

«Несогласные» воспитатели

Если бы в 627 школе не работала психолог-педагог России Серафима Невзорова, возможно ничего бы и не было — и все молчаливо подписали бы, что ознакомлены с приказом. Но у Серафимы нет страха перед директором, а воспитателем работает ее мама Надежда Греф:

5.jpg

Надежда Греф

«Я психолог данной школы и дочь одного из воспитателей, которая подвергается давлению», — рассказала она.

Серафима решила вступиться за маму, изучила вопрос и обнаружила, что в Распоряжении комитета по образованию, на которое ссылается директор, нет никакого прямого указания отменить эти коэффициенты для воспитателей. Следовательно, нет оснований соглашаться с приказом директора.

Надежда Греф вспоминает хронологию событий: «9 января 2020 директор уведомила воспитателей своей школы о том, что будут изменения в системе оплаты труда в связи с распоряжением № 2743 Комитета по образованию. Предложила подписать всем. Но три человека, в том числе и я, не подписали, потому что мы не согласны с этими изменениями — мы ознакомились с законом и отправили директору уведомление о том, что данный закон к нам не относится. В нем нет распоряжения отменить коэффициент специфики работы за использование современных технологий в своей образовательной деятельности. Цена вопроса от 3000−3600. Кто-то получает 13-ю зарплату, а у нас получилась минус 12-я».

«Получается, что воспитателям отменили коэффициент со ссылкой на указ, в котором совершенно нет оснований для отмены. Тоже самое, что ссылаться на чек из пятерочки, — По словам Серафимы Невзоровой, директор школы Анна Кочетова организовала служебное расследование в отношении «несогласных» воспитателей,

—  При этом расследование прошло с нарушением ТК РФ, потому что, прежде чем проводить расследование должен быть какой-то проступок, а его не было, как не было и замечаний к работе воспитателей. Кроме того, подделаны подписи воспитателей в листе ознакомления с положением о проведении служебного расследования в школе.

Также само расследование проведено на основе видеозаписей прошлого года, которые должны были быть уничтожены, и нам их так и не предоставили, хотя мы запрашивали».

«Я не боюсь»

С Серафимой Невзоровой у директора напряженные, но внешне дружелюбные отношения. Ранее педагог уже отстояла свое право не работать во время ЕГЭ и ОГЭ, потому что прочла указ о том, что эти работы должны оформляться отдельным договором и отдельно оплачиваться, а в их школе педагоги работают бесплатно. В результате всем, кроме нее, в должностных инструкциях прописали пункт о том, что педагог должен участвовать в ЕГЭ и ОГЭ:

«Я единственный, кто сказала, что не буду подписывать такую инструкцию и мне составили ее отдельно».

«С тех пор меня особо не трогают, потому что на любой вопрос я могу дать ответ, еще и с опорой на закон, а другие не могут этого сделать: кто-то боится, кто-то не знает своих прав. Но в основном боятся руководства, — рассказывает о порядках царящих в школе Серафима. — Потому что они уменьшают, прессуют, снимают доплаты любыми способами.

Если меня еще достаточно тяжко прессовать — во-первых, у меня характер боевой, а во-вторых у меня статус — я педагог-психолог Санкт-Петербурга, завоевала это звание, у меня премия от правительства, у меня нагрудный знак от правительства и потом я стала педагогом-психологом России. Такой статус который позволяет мне общаться с ними наравне, я не боюсь, я знаю свои права и защищаю их».

Маму Серафимы Надежду Греф тоже вызвали к директору и предложили сделку: «Жаль я не сделала видеозапись этой беседы. Она предложила оставить эти 0,2 коэффициента только мне, а остальным убрать. Я не согласилась и предупредила ее, что мы идем в суд».

Так появилось три иска в суд.

Кроме того, три воспитателя и Серафима Невзорова приняли решение об организации в школе первичной ячейки Профсоюза работников и сотрудников социальной сферы.

Мы обратились к директору школы, чтобы услышать ее позицию, по поводу данного конфликта.

Анна Павловна, выслушав причину нашего звонка, отказалась давать нам комментарий, заявив, что находится в двухнедельном отпуске, а во время отпуска давать комментарии она не может.

«Не удивительно, — сказала Надежда Греф, узнав, что получить комментарий директора не удалось. — Когда мы пришли к ней уведомить, что мы подаем в суд, она не захотела это уведомление подписывать. Пришлось через почту посылать. А когда девчонки достали камеру — заснять, что она не желает подписывать, та убежала. Кстати, до этого она мне сказала, что, мол, вы же понимаете, я не сама это придумала, на меня оказывается давление сверху».

Никита Сорокин, юрист Профсоюза работников и сотрудников социальной сферы сообщил, что с этой школой их профсоюз знаком уже два года: «Около двух лет мы занимается вопросами этой школы. Там были существенные нарушения прав детей-инвалидов. К нам также были обращения от родителей.

Сейчас воспитатели в школе будут создавать первичную профсоюзную организацию, что облегчит нам работу в школе. Если больше половины сотрудников школы войдут к нам в Профсоюз, мы сможем подписать коллективный договор, на основании которого уже мы сможем диктовать правила работы в этой школе. Такой договор как раз создается, чтобы улучшить положение работников школы. Мы будем надеяться, что при поддержке профсоюза, возможно, у директора появится желание и силы бороться за своих работников — мы искренне на это надеемся. А если этого не произойдет, мы сами будем самостоятельно оказывать поддержку и помощь — потому что сейчас идет большое давление на работников. Уже три сотрудника обратились в суд — там представители профсоюза присутствуют. Мы уже держим на контроле этот вопрос и юристы уже оказывают поддержку. Пока мы ждем назначения даты предварительных слушаний, и я лично буду контролировать этот вопрос».

«Я очень удивляюсь, когда люди с высшим образованием — педагоги — не разбираются в вопросах оплаты труда, и не понимают, за что им платят и на каком основании, — говорит Серафима Невзорова. —  Многие боятся лишний раз подойти к начальству и спросить: „А что у меня с оплатой? Почему так, а не эдак“. Тут еще и вопрос морального духа, взаимопомощи. Воспитателей, которые пошли против руководства, уже бомбят, выписывают им дисциплинарные взыскания, их вызывают их по одному и начинают давить, морально угнетать. Это очень тяжело выдержать, особенно, когда не разбираешься в законах и не знаешь, что ответить. Но когда будет профсоюз — за нас будет кому вступиться».

мой район

Translate »
WordPress Lessons